Перерожденный: различия между версиями

м
Откат правок Теневой Наблюдатель (обсуждение) к версии [[User:Красавица|Крас…
Нет описания правки
м (Откат правок Теневой Наблюдатель (обсуждение) к версии [[User:Красавица|Крас…)
 
(не показано 13 промежуточных версий 4 участников)
Строка 1: Строка 1:
== {{god|Castigar|Castigar}} ==
== Бог ==
 
{{Бог
|Бог = Castigar
|Изображение =
|Герой =
|hr = 1
|zv =
|ko =
|d =
|m =
|y =
|Характер =
|Интересы =
|nocat = 1
}}
Castigar - один из ничем не примечательных и малоизвестных даже в узких кругах богов Годвилля. Отличается несколько мрачным характером и нелюбовью к окружающим, среди которых, однако, периодически находит исключения. Ходят слухи что будучи человеком изготавливал и продавал плюшевые игрушки для детей.
Castigar - один из ничем не примечательных и малоизвестных даже в узких кругах богов Годвилля. Отличается несколько мрачным характером и нелюбовью к окружающим, среди которых, однако, периодически находит исключения. Ходят слухи что будучи человеком изготавливал и продавал плюшевые игрушки для детей.


=='''Летопись. Пролог.'''==
==='''Вместо'''===
Похоже, что это был автобус. Самый обыкновенный автобус. Не лондонский, двухэтажный, и не рейсовый, повышенной комфортности. И вроде не школьный. Хотя... кто его знает. Уже в принципе все равно. Моя земная оболочка, скорее всего, уже валяется бездыханной. Как, впрочем, и полутора десятка других людей. Надо же было водителю влететь в бензовоз.
Уральск. Лето 1919 года.


- Ты не думай об этом. Уже не вернешь ничего.
- Религия – опиум для народа, сказал товарищ Ленин!
С  помощью религии правящие классы дурили головы крестьянам и рабочим, держали их в рабском повиновении, отвлекали их от борьбы за свои права, за лучшую жизнь.
Вот вам и подсовывали бога – молитесь и ждите манны небесной! И мы будем вас обирать, сдирать с вас по три шкуры! Глухая темнота народа, безграмотность – вот основа всякой религии! Грамотный, образованный человек никогда не будет верить в Бога! И теперь, когда свершилась революция и власть перешла к рабочим и крестьянам, товарищ Ленин сказал – нет никакого бога! И надеяться голодным рабам не на что, кроме как на свои силы, на свою решимость бороться с контрреволюцией! –последние слова Анна Стешенко исступленно выкрикивала в зал, протянув над головой руку.


Этот мягкий, добрый, наполненный заботой голос выдернул меня из отвратительных воспоминаний.
Но зал молчал, покашливал, скрипел, шаркал ногами, тихо переговаривался. <br>
- Какие вопросы будут, товарищи? –спросила Анна, -Спрашивайте, не стесняйтесь! <br>
Вновь повисло молчание.<br>
- Ну, что же вы, товарищи красноармейцы? Вам все ясно? Никаких вопросов не возникло? <br>


Седой старик, обладатель пышной бороды и белоснежного стильного костюма сидел за таким же белым столом и скучающе смотрел на меня. Пола под нами не было. Стен не было тоже. Как и потолка. Горизонт представлял собой градиентный переход снизу вверх из синего в белый.
И вдруг поднялся бородатый красноармеец лет сорока, с хитроватым морщинистым лицом, кашлянул в кулак, проговорил:<br>
- Да вот спросить хочу, барышня. Сам сколько годов думаю,а ничего придумать не могу, почему такое деется?<br>
- Что «деется»? Задавайте вопрос, товарищ, -нетерпеливо ответила Анна.<br>
- Да вот я и задаю вопрос. Вот, к примеру, корова срет большими такими лепехами. А лошадь обратно котяхами такими кручеными и толстыми ходит, а овца – мелкими шариками, такие махонькие, как горох… Почему такое деется, не знаешь?<br>
- Ну, откуда я могу про это знать, товарищ? Я же не ветеринар, с коровами и лошадьми никогда дела не имела, -Анна улыбнулась, -Я в этом не разбираюсь.<br>
- Э-эх, милая моя, -вздохнул бородач, -Ты вот ишшо в говне не разобралась, а уже про Бога рассуждаешь…оно дело понятное – молодая ишшо, глупая…<br>


На столе у старика лежала белая папка с моим именем и стоял маятник из пяти шариков, которые бились друг о друга. Правда, когда я раньше видел такие маятники, они обычно были на какой то платформе или вроде того, где, наверное, был спрятан какой нибудь магнит. Эти просто висели в воздухе.
И зал разразился издевательским дружным смехом, и сильнее задымили цигарки.<br>
Растерянная Анна Стешенко смотрела в смеющийся зал, видела улыбающиеся нахальные рожи, бороды, оскаленные зубы, поблескивающие стволы винтовок.


Я переступил с ноги на ногу. Это была его вторая фраза после "А вот и ты. Здравствуй.". После нее он несколько минут рассматривал какие то бумаги и потом просто уставился на меня. Я стоял перед его столом довольно долго, однако не чувствовал усталости.


Хотя и не удивительно. Я же мертв теперь.


- Да ты садись. Не стой. Че уж там... сейчас придет он.
=='''Летопись. Пролог.'''==
 
{{Герой
Я обернулся. За мной стоял длинный прямой белый стул. Не знаю почему, но я заметил что воздуха в помещении нет. Точнее сказать, это я не дышу. Присел.
|Изображение =
 
|Бог =
- Придет, простите, кт...
|Девиз =
 
|Гильдия = не состоит
Договорить я, как и полагается по закону жанра, не успел. Показавшаяся вдалеке на долю секунды точка приблизилась к столу на безумной скорости и разрослась в высокого темноволосого молодого парня. В таком же, впрочем, белом костюме как и у старика. Отличали его только два огромных крыла за спиной. Парень осмотревшись сразу же бросился к своему седому и старому двойнику.
|Питомец =
 
|Лавка =
- Послушайте, я правда пытался, даже не один. Нас там тринадцать, мы работаем но все не успеем боюсь, там просто ситуация такая...
|Интересы =
 
|d =
Старик молча указал рукой на меня. Я вопросительно посмотрел на парня, держа в руках перышко с его крыльев. Парень прикрыл глаза рукой и потёр глаза.
|m =
 
|y =
- Если бы ты перед тем как эту, уже кстати мертвую, девочку из автобса тащить, себе для начала артерию перевязал, сейчас бы, может, и жив был. Ты вообще поним...
|Характер =
 
|Прочее =
- Не надо. Помолчи лучше. - остановил его старик.
}}
 
День не задался с самого начала. Сначала в пять утра раздался настойчивый телефонный звонок на мобильный жены. Ее мерзкая мелодия, которую я на второй день совместной жизни попросил поменять, доставала меня уже четвертый год. Стандартная мелодия стандартного мобильника. Сонно пошарив рукой по прикроватной тумбочке и нажав кнопку ответа она шепнула в трубку "Да". Через пару секунд уже проснувшимся голосом "Да, говорите, я слушаю". А ещё через пару секунд из трубки послышались гудки. На мой вопрос кто это звонил она пожала плечами и уснула. Уснула для того, чтобы через несколько минут проснуться и слушать в трубку срывающийся мужской голос. Мужской голос, кажется, плакал. Я сонно начал причитать что-то о несправедливости жизни, а через минуту она положила трубку и, сказав сонно "Сумасшедший какой-то", уснула уже до звонка будильника.  
Я расстроился. Я думал эмоции они у меня выключат тоже. Однако же нет. Вот из-за девочки я действительно очень расстроился.
 
- А... как хотя бы... - мне было действительно интересно. Я вроде бы оттащил ее довольно далеко. Хотя...
 
- У тебя был на самом деле один из лучших ангелов хранителей. - перебил меня седой, - без него ты бы уже наверное сидел в этом кабинете лет двенадцать назад.
 
Лучший ангел хранитель достал белоснежную пачку, без надписи или какой либо марки, вытащил из нее белоснежную сигарету и закурил, облокотившись спиной на невидимую стену за стариком. Хм, значит воздух все таки есть. Курил он красиво, с удовольствием и было видно (либо он делал вид), что это приносит ему некоторое облегчение. Сделав пару затяжек мой ангел наклонился к старику.
 
- Скажи лучше зачем ты меня то вызвал. Там работы невпроворот. Реально работы. Что мне смотреть на неудачника. Пусть идёт на облаке лежит теперь.
 
- На тебя пришел заказ, - обратился старик ко мне, игнорируя ангела, - снизу. И, похоже, что ты возвращаешься.
 
- Н... Назад?
 
- Да.
 
- Это возможно?
 
- Периодически мы так делаем. Ты, естественно, все забудешь, как только пройдешь через портал.
 
- А... почему?
 
- Ну это тебе знать все равно необязательно. Все равно ничего с собой на землю не унесешь. Просто иди. У тебя там, - старик открыл папку и пробежался глазами по какому то тексту, - дочь, ещё и сын будет через полтора года. Дети вообще неплохие, за сыном только следи получше на втором месяце семнадцатого года и все. Хотя что это я тебе говорю.


Мой ангел-хранитель в это время уже докуривал сигарету. Когда он, по всей видимости, уже начал тянуть фильтр, сигарета, с помощью щелчка пальцев, полетела по баллистической траектории вдаль и там исчезла.
Жена сегодня была выходная, а вечером собиралась рассказать мне какую-то чрезвычайно важную новость, что, впрочем, не особо улучшило моего настроения. Машина была сдана на переборку двигателя ещё вчера, и теперь мне предстояло размять ножки до автобусной остановки. Омрачналось всё ещё и тем, что на улице стояла очередная аномальная жара.


- Ну что, - старик посмотрел на ангела. Тот посмотрел на меня. - Проводи... гостя.
Пожалуй, это все что я помнил. Смутно помнил так же и блестящий новенький автобус. Уже в принципе всё равно. Моя земная оболочка, скорее всего, уже валяется обожженной и бездыханной. А возможно и вообще сгорела. Как, впрочем, и полутора десятка других людей. Пьяный водитель почему-то не вызвал во мне никаких подозрений ровно до той поры, когда направил себя и кучу других людей  ровненько в разворачивающийся посреди дороги бензовоз. 10 тысяч литров жидкого пламени, хлынувших в салон, я запомнил хорошо. Благо у меня было время созерцать, так как я находился в конце салона, у аварийного выхода. Впрочем, похоже, чуда в этот раз не произошло и этот самый выход мне не пригодился. <br>
 
- Ты не думай об этом. Уже не вернешь ничего.<br>
- Слово то какое, -  ангел развернулся и пошел вдаль, - иди за мной.
Этот мягкий, добрый, наполненный заботой голос выдернул меня из отвратительных воспоминаний.<br>
 
Седой старик, обладатель пышной бороды и белоснежного стильного костюма, сидел за таким же белым столом и скучающе смотрел на меня. Пола под нами не было. Стен вокруг  не было тоже. Как и потолка. Горизонт представлял собой градиентный переход снизу вверх из синего в белый. <br>
Сделав шаг в том же направлении и обернувшись, я увидел удаляющийся с бешеной скоростью стол со стариком, а снова посмотрев прямо, с такой же бешеной скоростью приближающийся лабиринт. К лабиринту мы приближались сверху, так, что можно было различить все его очертания. И лабиринт был воистину огромен. И когда приблизились, встали на стену. Точнее встал сначала ангел, а я потом, несколько неуклюже. Как ни в чем не бывало, ангел сошел со стены на пол и скрылся за поворотом. Мне ничего не оставалось как следовать за ним.
На столе у старика лежала белая папка с моим именем и стоял маятник из пяти шариков, которые бились друг о друга. Правда, когда я раньше видел такие маятники, они обычно были на какой то платформе или вроде того, где, наверное, был спрятан какой нибудь магнит. Эти просто висели в воздухе.<br>
 
Я переступил с ноги на ногу. Это была его вторая фраза после "А вот и ты. Здравствуй.". После нее он несколько минут рассматривал какие-то бумаги и потом просто уставился на меня. Я стоял перед его столом довольно долго, однако не чувствовал усталости.<br>
- Послушай, - странное любопытство проснулось во мное после, примерно, полутора часов ходьбы, - а это мы где?
Хотя и не удивительно. Я же мёртв теперь.<br>
 
- Да ты садись. Не стой. Чё уж там... сейчас придёт он.<br>
- Умер ты.
Я обернулся. За мной стоял длинный прямой белый стул. Не знаю почему, но я заметил, что воздуха в помещении нет. Точнее сказать, это я не дышу. Присел.<br>
 
- Придёт, простите, кт...<br>
- Ну я вроде как понял, и это рай?
Договорить я, как и полагается по закону жанра, не успел. Показавшаяся вдалеке на долю секунды точка приблизилась к столу на безумной скорости и разрослась в высокого темноволосого молодого парня. В таком же, впрочем, белом костюме, как и у старика. Отличали его только два огромных крыла за спиной. Парень осмотревшись сразу же бросился к своему седому и старому двойнику.<br>
 
- Послушайте, я правда пытался, даже не один. Нас там тринадцать, мы работаем, но всё не успеем, боюсь, там просто ситуация такая...<br>
- Рай? - с интересом переспросил ангел.
Старик молча указал рукой на меня. Я вопросительно посмотрел на парня, держа в руках перышко с его крыльев. Парень прикрыл глаза рукой и потёр глаза.<br>
 
- Если бы ты перед тем, как эту, уже, кстати, мёртвую, девочку из автобуса тащить, себе для начала артерию перевязал, сейчас бы, может, и жив был. Ты вообще поним...<br>
- Ну да. Вроде как туда попадают все кто хорошим был.
- Не надо. Помолчи лучше. - остановил его старик.<br>
 
Я расстроился. Я думал эмоции они у меня выключат тоже. Однако же нет. Вот из-за девочки я действительно очень расстроился.<br>
- Хорошим?
- А... как хотя бы... - мне было действительно интересно. Я вроде бы оттащил ее довольно далеко. Хотя...<br>
 
- У тебя был на самом деле один из лучших ангелов-хранителей. - перебил меня седой, - без него ты бы уже наверное сидел в этом кабинете лет двенадцать назад.<br>
- Ну... да. Ну то есть делал хорошо в жизни.
Лучший ангел-хранитель достал белоснежную пачку, без надписи или какой либо марки, вытащил из неё белоснежную сигарету и закурил, облокотившись спиной на невидимую стену за стариком. Хм, значит воздух все таки есть. Курил он красиво, с удовольствием и было видно (либо он делал вид), что это приносит ему некоторое облегчение. Сделав пару затяжек, мой ангел наклонился к старику.<br>
 
- Скажи лучше, зачем ты меня-то вызвал. Там работы невпроворот. Реально работы. Что мне смотреть на неудачника. Пусть идёт на облаке лежит теперь.<br>
- Хм. А те, кто делал плохо?
- На тебя пришел заказ, - обратился старик ко мне, игнорируя ангела, - снизу. И, похоже, что ты возвращаешься.<br>
 
- Н... Назад?<br>
- Те в ад попадают.
- Да.<br>
 
- Это возможно?<br>
- Ад? - в этом месте я услышал сарказм. Ангельский сарказм, как мило.
- Периодически мы так делаем. Ты, естественно, все забудешь, как только пройдешь через портал.<br>
 
- А... почему?<br>
- Ад, место, куда попадают те, кто делал плохо. - терпеливо поведал я. - А что?
- Ну, это тебе знать все равно необязательно. Всё равно ничего с собой на землю не унесёшь. Просто иди. У тебя там, - старик открыл папку и пробежался глазами по какому-то тексту, - дочь, ещё и сын будет через полтора года. Дети вообще неплохие, за сыном только следи получше на втором месяце семнадцатого года, и всё. Хотя что это я тебе говорю.<br>
 
Мой ангел-хранитель в это время уже докуривал сигарету. Когда он, по всей видимости, уже начал тянуть фильтр, сигарета, с помощью щелчка пальцев, полетела по баллистической траектории вдаль и там исчезла.<br>
- Хорошо и плохо, друг мой, словечки выдуманные людьми. Можешь там у себя их применять.
- Ну что, - старик посмотрел на ангела. Тот посмотрел на меня. - Проводи... гостя.<br>
 
- Слово-то какое, -  ангел развернулся и пошёл вдаль, - иди за мной.<br>
- Ну не знаю я как у вас называется ад. - здесь я обиделся. - Нет чтобы пояснить...
Сделав шаг в том же направлении и обернувшись, я увидел удаляющийся с бешеной скоростью стол со стариком, а снова посмотрев прямо, с такой же бешеной скоростью приближающийся лабиринт. К лабиринту мы приближались сверху, так, что можно было различить все его очертания. И лабиринт был воистину огромен. И когда приблизились, встали на стену. Точнее, встал сначала ангел, а я потом, несколько неуклюже. Как ни в чём ни бывало, ангел сошёл со стены на пол и скрылся за поворотом. Мне ничего не оставалось как следовать за ним.<br>
 
- Послушай, - странное любопытство проснулось во мне после, примерно, полутора часов ходьбы, - а это мы где?<br>
- Нет никакого ада. Что за странная попытка все классифицировать. Разделить на две противоположности. Раздели лестницу из двух ступенек на противоположности.
- Умер ты.<br>
 
- Ну я вроде как понял, и это рай?<br>
- Одна вверху и впереди, другая внизу и сзади. - огрызнулся я своему ангелу.
- Рай? - с интересом переспросил ангел.<br>
 
- Ну да. Вроде как туда попадают все, кто хорошим был.<br>
- Так вот ты идешь сейчас вниз и назад. Всего две ступеньки. Твой мир - это лишь отросток, небольшой аппендикс, каких много. Все остальное здесь. Нет такого - хорошо или плохо. Есть замысел. И если ты этому замыслу соответствуешь - сможешь попасть в настоящий мир. А если нет, останешься в своем аппендиксе навсегда.
- Хорошим?<br>
 
- Ну... да. Ну то есть делал хорошо в жизни.<br>
- А чей замысел?
- Хм. А те, кто делал плохо?<br>
 
- Те в ад попадают.<br>
- Его замысел. - тон ангела не предвещал подробностей. К тому-же мы, кажется, пришли. Передо мной мерцал зеленый овал. Прямо как в компьютерных играх.
- Ад? - в этом месте я услышал сарказм. Ангельский сарказм, как мило.<br>
 
- Ад, место, куда попадают те, кто делал плохо. - терпеливо поведал я. - А что?<br>
- А он... всемогущ?
- Хорошо и плохо, друг мой, словечки, выдуманные людьми. Можешь там у себя их применять.<br>
 
- Ну не знаю я, как у вас называется ад. - здесь я обиделся. - Нет чтобы пояснить...<br>
- Да.
- Нет никакого ада. Что за странная попытка всё классифицировать. Разделить на две противоположности. Раздели лестницу из двух ступенек на противоположности.<br>
 
- Одна вверху и впереди, другая внизу и сзади. - огрызнулся я своему ангелу.<br>
- А... почему бы ему не сделать чтобы все соответствовали змыслу?
- Так вот ты идёшь сейчас вниз и назад. Всего две ступеньки. Твой мир - это лишь отросток, небольшой аппендикс, каких много. Все остальное здесь. Нет такого - хорошо или плохо. Есть замысел. И если ты этому замыслу соответствуешь - сможешь попасть в настоящий мир. А если нет, останешься в своём аппендиксе навсегда.<br>
 
- А чей замысел?<br>
- Рабов наделать можно. Единомышленников - только выбрать. Кто сам приходит к этому, тот и молодец. Кто не приходит - пополняет армию бракованных.
- Его замысел. - тон ангела не предвещал подробностей. К тому же мы, кажется, пришли. Передо мной мерцал зеленый овал. Прямо как в компьютерных играх.<br>
 
- А он... всемогущ?<br>
- А... это был он? - я показал большим пальцем себе за спину.
- Да.<br>
 
- А... почему бы ему не сделать, чтобы все соответствовали замыслу?<br>
- В какой то мере.
- Рабов наделать можно. Единомышленников - только выбрать. Кто сам приходит к этому, тот и молодец. Кто не приходит - пополняет армию бракованных.<br>
 
- А... это был он? - я показал большим пальцем себе за спину.<br>
Миллиард вопросов у меня вспыхнул в голове. И сразу погас, как только я увидел глаза своего ангела-хранителя.
- В какой-то мере.<br>
 
Миллиард вопросов у меня вспыхнул в голове. И сразу погас, как только я увидел глаза своего ангела-хранителя.<br>
- Спасибо. Я... пойду?
- Спасибо. Я... пойду?<br>
 
- Возьми это. - он протянул мне толстую белоснежную тетрадь.<br>
- Возьми это. - он протянул мне толстую белоснежную тетрадь.
- Что это?<br>
 
- Просто веди дневник в ней. Понял?<br>
- Что это?
- Да... но я же забуду...<br>
 
- Там на первой странице всё написано.<br>
- Просто веди дневник в ней. Понял?
- А как тебя зову...<br>
 
- КАСТИГАР! - голос прогремел прямо откуда то сверху. Или это низ и мы шли по потолку? Ангел обернулся, быстро взглянул на меня и толкнул к неприметному коридору.<br>
- Да... но я же забуду...
- Иди быстро, никуда не сворачивай, там голубой портал, тебе в него. Память сотрётся при входе, я ничего объяснять больше не буду.<br>
 
- КАСТИГАР, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, НУ-КА, НУ-КА...<br>
- Там на первой странице все написано.
- Я ничего, Великий.<br>
 
- ТОГДА ПОЖАЛУЙСТА НАВЕСТИ МЕНЯ, КАК ОСВОБОДИШЬСЯ.<br>
- А как тебя зову...
- Конечно.<br>
 
Последние слова я уже слышал с трудом. Не знаю, сколько я бежал. Но когда передо мной появился светящийся багровый овал, я радостно прыгнул в него. В надежде вскоре увидеть жену и дочь. В бессмысленной, разодранной в клочья надежде...
- КАСТИГАР! - голос прогремел прямо откуда то сверху. Или это низ и мы шли по потолку? Ангел обернулся, быстро взглянул на меня и толкнул к неприметному коридору.
 
- Иди быстро, никуда не сворачивай, там голубой портал, тебе в него. Память сотрется при входе, я ничего объяснять больше не буду.
 
- КАСТИГАР, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, НУ КА НУ КА...
 
- Я ничего, Великий.
 
- ТОГДА ПОЖАЛУЙСТА НАВЕСТИ МЕНЯ, КАК ОСВОБОДИШЬСЯ.
 
- Конечно.
 
Последние слова я уже слышал с трудом. Не знаю сколько я бежал. Но когда передо мной появился свтящийся багровый овал я радостно прыгнул в него. В надежде вскоре увидеть жену и дочь. В бессмысленной, разодранной в клочья надежде...


=='''Второй дневник.'''==
=='''Второй дневник.'''==
Строка 178: Строка 164:
Умер от голода. Не то, чтобы я не кормил его. Просто как-то монстры все пустоголовые попадались, а съедобных эмоций он, видимо, не обнаружил. Пробыл он со мной где то недели две, не более. О нем мало чего можно рассказать, как и вообще рассказать о, "питомцах" этого мира. Мало чем понятна их мотивация. Зачем они следуют за тобой, почему помогают. Часто даже непонятно чем они питаются. Однако с ними не так одиноко. Это факт.
Умер от голода. Не то, чтобы я не кормил его. Просто как-то монстры все пустоголовые попадались, а съедобных эмоций он, видимо, не обнаружил. Пробыл он со мной где то недели две, не более. О нем мало чего можно рассказать, как и вообще рассказать о, "питомцах" этого мира. Мало чем понятна их мотивация. Зачем они следуют за тобой, почему помогают. Часто даже непонятно чем они питаются. Однако с ними не так одиноко. Это факт.
Через какое-то время я стал даже немного скучать по слизню. До того момента, как встретил второго.  
Через какое-то время я стал даже немного скучать по слизню. До того момента, как встретил второго.  
Время от времени в этом мире я натыкаюсь на места, совершенно недоступные моему пониманию. Сказать что магия тут живет рядом с технологией - не сказать ничего. Дажее более того, сказать то, что в мире есть живые существа. Здесь это нормально и было всегда, правда, конечно, технологии куда меньше, и тем не менее.  
Время от времени в этом мире я натыкаюсь на места, совершенно недоступные моему пониманию. Сказать что магия тут живет рядом с технологией - не сказать ничего. Даже более того, сказать то, что в мире есть живые существа. Здесь это нормально и было всегда, правда, конечно, технологии куда меньше, и тем не менее.  
В одном из таких мест я встретил Пуську. Знаю что имя идиотское, но мне оно нравилось. Нравилось питомцу и, что немаловажно, нравилось Ему. Этим местом был огромный куб. Куб размером с гору висящий в воздухе и издающий слабые гудение и вибрацию. Висел он посреди великолепной долины, склоны которой поросли высокой травой. В тот раз любопытство пересилило мой принцип: не соваться по возможности в высокую траву. Я умер не дойдя примерно десяти метров до куба. Наверное, от сильного повреждения внтурненних органов и обильного, опять же внутреннего, кровотечения. Почему то монстры были слишком сильны и как-то особенно озлобленны. Некоторые не просто бродили, а по настоящему охотились. Впрочем и я был не особо подготовлен в то время. Спустя примерно пол дня съеденная рука и выклеванные птицами глаза вернулись на место и я смог подойти к кубу. Он был огромен, прекрасен, но, по всей видимости, как большинство вещей в этом мире, бесполезен. Так бы я и ушел, пометив на карте ещё один бесполезный ориентир, как земля подо мной задрожала и, обернувшись, я узрел милое пушистое, белое, шестиногое существо. Редкое. Их в этом мире называют Пухозаврики. Название не самое умное, однако очень им подходит. И этот сразу же увязался за мной, терся о ноги, лизал руки. Это был первый раз, когда я улыбался, с момента появления в этом мире. Первый раз, спустя три месяца бесцельных блужданий.
В одном из таких мест я встретил Пуську. Знаю что имя идиотское, но мне оно нравилось. Нравилось питомцу и, что немаловажно, нравилось Ему. Этим местом был огромный куб. Куб размером с гору висящий в воздухе и издающий слабые гудение и вибрацию. Висел он посреди великолепной долины, склоны которой поросли высокой травой. В тот раз любопытство пересилило мой принцип: не соваться по возможности в высокую траву. Я умер не дойдя примерно десяти метров до куба. Наверное, от сильного повреждения внутрненних органов и обильного, опять же внутреннего, кровотечения. Почему то монстры были слишком сильны и как-то особенно озлобленны. Некоторые не просто бродили, а по настоящему охотились. Впрочем и я был не особо подготовлен в то время. Спустя примерно пол дня съеденная рука и выклеванные птицами глаза вернулись на место и я смог подойти к кубу. Он был огромен, прекрасен, но, по всей видимости, как большинство вещей в этом мире, бесполезен. Так бы я и ушел, пометив на карте ещё один бесполезный ориентир, как земля подо мной задрожала и, обернувшись, я узрел милое пушистое, белое, шестиногое существо. Редкое. Их в этом мире называют Пухозаврики. Название не самое умное, однако очень им подходит. И этот сразу же увязался за мной, терся о ноги, лизал руки. Это был первый раз, когда я улыбался, с момента появления в этом мире. Первый раз, спустя три месяца бесцельных блужданий.
С тех пор Пуська постоянно следовал за мной. Я заказал в городе у ювелира серебряный медальон с его именем, и с тех пор на питомце всегда была цепочка с этим амулетом. Пухозаврики всеядны, поэтому с едой не было проблем. Одиночество пропало. Иногда я даже чувствовал, что нужен ему. Через три месяца я уже настолько привык к Пуське, что проснувшись поутру и обнаружив что сплю я не на нем, а на земле, вскакивал и бежал искать его. Благо за три месяца Пухозаврик подрос и найти его труда не составляло. Дни проходили быстрее, жить становилось интереснее. Пуська пытался лечить меня, помогать в бою. Когда было совсем тяжко - бросался меня защищать своим телом. Два раза неудачно. Третий - фатально.
С тех пор Пуська постоянно следовал за мной. Я заказал в городе у ювелира серебряный медальон с его именем, и с тех пор на питомце всегда была цепочка с этим амулетом. Пухозаврики всеядны, поэтому с едой не было проблем. Одиночество пропало. Иногда я даже чувствовал, что нужен ему. Через три месяца я уже настолько привык к Пуське, что проснувшись поутру и обнаружив что сплю я не на нем, а на земле, вскакивал и бежал искать его. Благо за три месяца Пухозаврик подрос и найти его труда не составляло. Дни проходили быстрее, жить становилось интереснее. Пуська пытался лечить меня, помогать в бою. Когда было совсем тяжко - бросался меня защищать своим телом. Два раза неудачно. Третий - фатально.
Сначала я даже не понял что произошло.  
Сначала я даже не понял что произошло.  
Строка 188: Строка 174:
Это был второй раз в этом мире, когда я улыбался.
Это был второй раз в этом мире, когда я улыбался.


==='''Начало''===
==='''Случайность'''===
 
День был вполне себе обыкновенный. Сегодня небеса были красными, впрочем как и в большинстве случаев. Красные небеса не значили ничего, однако иногда было интересно примечать такие вещи. От созерцания небес меня отвлек сдавленный хрип здоровенного чешуйчатого монстра, на горле которого я в данный момент стоял сапогом. Он был довольно человекообразен, мускулист, обладал внушительными когтями и змеиной головой. Этакий человек - ящер. Впрочем, для меня он ничего особенного не представлял. Несмотря на грозный внешний вид победить его было не сложно и в данный момент он пытался мне что либо сказать. К разговорам монстров я отношусь очень уж негативно. Обычно они говорят страшные вещи, а могут говорить и хорошие, в которые очень хочется поверить. Иногда вообще несут всякий бред. В любом случае я стараюсь сразу же заткнуть их теми или иными способами. Мне легче живется когда мне не пытаются выдать правду о моих родственниках или раскрыть глаза на реальное положение дел в этом мире. <br>
Поэтому схватившись рукой за ящерообразную голову, я резко заломил ее назад, так что пасть чудовища широко раскрылась, и, схватившись за мясистый раздвоенный язык, оказавшийся в зоне достигаемости, резко дернул его на себя. Ящер задрыгался, захлебываясь хлынувшей в глотку кровью, замахал одной рукой, так как вторая была, похоже, вырвана мной из плечевого сустава за несколько минут до этого, и получил размашистый удар камнем по черепу, после чего затих. С отсутствием каких либо эмоций я обыскал примитивную кожаную желетку ящера на наличие денег, и, ничего не найдя, принялся за набедренную повязку. Рутинная ежедневная работа. <br>
За спиной неслышно появился улыбающийся кот. Он всегда с удовольствием наблюдал сцены убийства, а последнее время начал участвовать и сам. А при разделке или поиске трофеев он всегда одобрительно мурчал, как бы поощряя мою деятельность по убийствам. Это была единственная моя деятельность и я был рад, что хоть кто-то ее одобряет. Впрочем рад - вряд ли подходящее под мою эмоциональность слово. Мне было как то наплевать, но негативных эмоций я не чувствовал. Следовательно да. Наверное я был рад. Наковыряв пятнадцать тусклых монеток я отправился по дороге дальше. За мной неслышно двинулся кот. <br> День, похоже клонился к окончанию, это значит что завтра, возможно, небо будет другого цвета. Вот и все что это значило. И только я подумал что хочу встряски и убить бы кого посильнее как внезапно рядом со мной засветилась точка. Точна росла и превращалась в ярко красный, хотя красного в этом мире и так было достаточно, портал. Откуда я узнал то это портал - я не понял в тот момент и сам. Однако рядом с этим порталом в мою голову почему то хлынули воспоминания. И то, что хлынуло - мне абсолютно не нравилось. <br>
Я насторожился и попятился держа оружие наготове. Раз уж это портал из него обязательно должен кто-то появится. Возможно даже кто-то сильный. Однако время шло, а ничего не происходило. Уже было расслабившись я хотел осмотреть портал поближе как из него вышел человек. Вроде бы человек. На вид обыкновенный обыватель, правда носил он странную строгую белую одежду и имел два серебристых крыла. И монстры в этом мире не появлялись из порталов... "Неужели... неужели это...?" - мысли бешенно метались по голове. Похоже я радовался. Похоже это и была настоящая радость. <br> - Вот ты где! Ну и чего ты ждешь? Пошли! Наконец-то я тебя нашел! - начал он, и эти слова окончательно развеяли все мои сомнения. - Идем скорее... Я вижу ты узнал меня... И как же это тебя угораздило...
 
Первый мой удар пришелся на предплечье, чем я почти отрубил странному монстру руку. Странному потом, что плоть этого как то слишком легко поддавалась оружию. Хотя обычно редкие монстры, как раз говорящие нечто вроде "Наконец-то я тебя нашел" куда прочнее. Впрочем значит его сила не живучести, а в ударах, и надо как можно скорее убить его. Тем временем на лице монстра отобразилось непонимание и ужас, он попытался попятится к порталу и прикрыться крыльями. Схватив его, я дернул монстра на себя, резким ударом отрубил крыло под самый корень и отбросил в сторону. Монстр взвыл. Из плеча и обрубка крыла хлестала кровь. Ну а кто бы тут не взвыл...<br>
- Что ты делаешь? Я пришел, чтобы забрать тебя назад, к твоим родным! <br>
Я уже упомянал что не люблю, когда монстры начинают разговаривать? Особенно не люблю когда что-то говорят про моих несуществующих родных. Особенно те, кто об этом и понятия никогда не имел. Какие у монстров родные? Размашистым ударом я попытался снести вражине голову, но немного не расчитал и голова осталась болтаться на тонком слое кожи. Схватив ее за ухоженные волосы, я резко рванул на себя, ногой же ударив тело в грудь. В результате как и ожидалось в моих руках осталась только голова монстра с широко раскрытми от ужаса глазами. Странно, хоть я и никогда не видел, чтобы монстры испытывали страх, разбираться что к чему я не хотел. Кот уже сидел возле тела улыбаясь, почему-то, шире чем обычно. В его глазах читалось что я, только что, выиграл одну из главных своих битв. <br>
Откинув голову в сторону я пошел к монстру, надеясь что сейчас я из него извлеку какой нибудь добротный трофей или кучу денег. Однако тела уже не было. Обернувшись я так же не увидел и отрубленного крыла с головой. Кот непринужденно лизал лапу. Портал закрывался. <br>
Я помотал головой. Зажмурился. А когда открыл глаза увидел лишь кота, мирно идущего по дорожке и держащего хвост пистолетом. Сославшись на временные галлюцинации я последовал за ним. <br>
В тот день закончилось моя прежняя жизнь. Я шел вдоль плотоядного леса, ещё не понимая что я наделал. Я смотрел на красное небо ещё не понимая что мой нейтралитет в этом, и в любом другом мире окончен. Я ещё не знал сколь далекие последствия будет иметь мой поступок.
 
 
==='''Начало'''===


В этом мире не бывает случайностей. Невозможно. Нереально. Храм, жилище, некое подобие дома было построено почти за два года и окончено всего неделю назад и с тех пор моя жизнь резко переменилась. Монстры бросались на меня через каждые несколько метров. По одному. По два. По три. Они выбегали держась за голову и умоляя прекратить это. Умирая выкрикивали мое имя. Всего лишь пара столбов оставалась до спасительного города когда меня накрыла эта волна всеобщего безумия. Обыкновенный плотоядный лес словно взбесился. Он планомерно уничтожал сам себя. Монстры отрывали друг другу конечности и кровью рисовали на трупах и деревьях знаки, числа, образы, мужскую голову, обезглавленное тело. Перед тем как их голова взрывалась мне в лицо они кричали что Он говорит с ними, кто-то насаживался на меч и карабкался по нему нанизая себя все глубже и шепча о том как меня любят, передают мне привет и всячески желают лучшей жизни. Иногда совершенно разные виды вдруг сталпливались вокруг и молились всего одному черному перу, непонятно как оказавшемуся в этих краях. Я бежал от общего безумия стараясь придерживаться дороги и надеясь спросить в ближайшей деревне что происходит...
В этом мире не бывает случайностей. Невозможно. Нереально. Храм, жилище, некое подобие дома было построено почти за два года и окончено всего неделю назад и с тех пор моя жизнь резко переменилась. Монстры бросались на меня через каждые несколько метров. По одному. По два. По три. Они выбегали держась за голову и умоляя прекратить это. Умирая выкрикивали мое имя. Всего лишь пара столбов оставалась до спасительного города когда меня накрыла эта волна всеобщего безумия. Обыкновенный плотоядный лес словно взбесился. Он планомерно уничтожал сам себя. Монстры отрывали друг другу конечности и кровью рисовали на трупах и деревьях знаки, числа, образы, мужскую голову, обезглавленное тело. Перед тем как их голова взрывалась мне в лицо они кричали что Он говорит с ними, кто-то насаживался на меч и карабкался по нему нанизая себя все глубже и шепча о том как меня любят, передают мне привет и всячески желают лучшей жизни. Иногда совершенно разные виды вдруг сталпливались вокруг и молились всего одному черному перу, непонятно как оказавшемуся в этих краях. Я бежал от общего безумия стараясь придерживаться дороги и надеясь спросить в ближайшей деревне что происходит...
Истекая кровью я минул ещё один столб. Деревня отчетливо виднелась впереди. Ворота были распахнуты. По улицам стелился густой туман. Уже отсюда чувствовался явный запах гари и паленого мяса. И этот запах явственно напомнил мне что-то из прошлой жизни. Что-то что мне явно не нравилось...
Истекая кровью я минул ещё один столб. Деревня отчетливо виднелась впереди. Ворота были распахнуты. По улицам стелился густой туман. Уже отсюда чувствовался явный запах гари и паленого мяса. И этот запах явственно напомнил мне что-то из прошлой жизни. Что-то что мне явно не нравилось...
За воротами туман оказался ещё гуще чем казалось. Каменная сторожевая башня полыхала так, будто была сделана из сена и хвороста. На улицах было совершенно пустынно. Или же мне так казалось...
За воротами туман оказался ещё гуще чем казалось. Каменная сторожевая башня полыхала так, будто была сделана из сена и хвороста. На улицах было совершенно пустынно. Или же мне так казалось...
Время от времени то тут, то там звучали выкрики, смех или синхронное мычание нескольких голосов сразу. Глубоко в тумане двигались какие-то силуэты, похожие на людей. Но стоило двинуться в эту сторону как они неуклюже, прихрамывая, а то и вовсе на четвереньках удалялись к центру деревни, глубже в туман.  
Время от времени то тут, то там звучали выкрики, смех или синхронное мычание нескольких голосов сразу. Глубоко в тумане двигались какие-то силуэты, похожие на людей. Но стоило двинуться в эту сторону как они неуклюже, прихрамывая, а то и вовсе на четвереньках удалялись к центру деревни, глубже в туман.  
По памяти я нашел лавку торговца и, ворвавшись в распахнутую дверь принялся жадно поглощать зеленые пузырьки. Кровотечение остановилось, я на несколько секунд застыл блаженно приходя в себя. Открыв глаза я увидел уставившуюся на меня бородатую рожу с выбитыми зубами и текущей из носа, глаз и ушей кровью. Рожа тянула ко мне руку с поломанными ногтями, шипела и не предвещала ничего хорошего. Изо рта у рожи пахло гнилым мясом. Оттолкнув существо пинком в грудь и наставив на него оружия я с удивлением узнал в нем торговца. Он даже откликнулся на свое имя... кивнув и насадившись ртом на оружие.
По памяти я нашел лавку торговца и, ворвавшись в распахнутую дверь принялся жадно поглощать зеленые пузырьки. Кровотечение остановилось, я на несколько секунд застыл блаженно приходя в себя. Открыв глаза я увидел уставившуюся на меня бородатую рожу с выбитыми зубами и текущей из носа, глаз и ушей кровью. Рожа тянула ко мне руку с поломанными ногтями, шипела и не предвещала ничего хорошего. Изо рта у рожи пахло гнилым мясом. Оттолкнув существо пинком в грудь и наставив на него оружия я с удивлением узнал в нем торговца. Он даже откликнулся на свое имя... кивнув и насадившись ртом на оружие.
Сбросив бьющееся в конвульсиях тело я осмотрел лавку. Оружие. зелья, снаряжение... ничиго не было тронуто. Возможность грабежа и, даже, нападения монстров, была исключена. Лавку торговца находившуюся почти сразу у ворот не могли не разграбить. Захватив пару самых дорогих вещей я вышел в туман и, осмотревшись, направился в сторону городской площади. По прежнему шарахались в стороны тени людей. Некоторые дома горели. Но чем ближе к центру деревни, тем меньше пожаров. И непонятно было где все. Даже при условии что все жители превратились в безумцев - их должно было быть куда больше. Следующим сооружением на моем пути была таверна.
 
Сбросив бьющееся в конвульсиях тело я осмотрел лавку. Оружие. зелья, снаряжение... ничиго не было тронуто. Возможность грабежа и, даже, нападения монстров, была исключена. Лавку торговца находившуюся почти сразу у ворот не могли не разграбить. Захватив несколько самых дорогих вещей я вышел в туман и, осмотревшись, направился в сторону городской площади. По прежнему шарахались в стороны тени людей. Некоторые дома горели. Но чем ближе к центру деревни, тем меньше пожаров. И непонятно было где все. Даже при условии что все жители превратились в безумцев - их должно было быть куда больше. Следующим сооружением на моем пути была таверна.
 
А в таверне, с каким то очередным забавным названием, повсюду были расставлены свечи, а стены исписаны кровью. На вертеле, где раньше жарилось аппетитное жаркое вращался полностью сгоревший скелет какого-то существа. Со стен свисали внутренности, на крюках подвешены к потолку головы.  
А в таверне, с каким то очередным забавным названием, повсюду были расставлены свечи, а стены исписаны кровью. На вертеле, где раньше жарилось аппетитное жаркое вращался полностью сгоревший скелет какого-то существа. Со стен свисали внутренности, на крюках подвешены к потолку головы.  
В глазах помутилось. На втором этаже послышался женский крик, который быстро оборвался и что-то тяжелое упало на дощатый пол. Что-то не менее тяжелое выбило окно и убежало в сторону центра города. От обилия таких чудес я упал на лавку рядом с четырьмя подвешеными к потолку головами и закрыл глаза.
В глазах помутилось. На втором этаже послышался женский крик, который быстро оборвался и что-то тяжелое упало на дощатый пол. Что-то не менее тяжелое выбило окно и убежало в сторону центра города. От обилия таких чудес я упал на лавку рядом с четырьмя подвешеными к потолку головами и закрыл глаза.
"Он все помнит" - послышалось откуда то сбоку. - "Ты же не думал что ты не виновен?"
"Он все помнит" - послышалось откуда то сбоку. - "Ты же не думал что ты не виновен?"
"Каждое действие имеет последствие" - отвечал ему второй голос.
"Каждое действие имеет последствие" - отвечал ему второй голос.
"Со временем смерть приходит даже к базарным марионеткам" - хихикал третий.
"Со временем смерть приходит даже к базарным марионеткам" - хихикал третий.
Я открыл глаза. Голова висевшая выше всех на крюке, который торчал из одного ее глаза смотрела на меня и ухмылялась. Остальные три не могли этого сделать из-за того что были повернуты в другую сторону.
Я открыл глаза. Голова висевшая выше всех на крюке, который торчал из одного ее глаза смотрела на меня и ухмылялась. Остальные три не могли этого сделать из-за того что были повернуты в другую сторону.
"Каково это - убить бога?" - спросила она бешено вращая оставшимся глазом, наполовину вывалившемся из орбиты, - "Ты помнишь про свою ответственность?"
"Каково это - убить бога?" - спросила она бешено вращая оставшимся глазом, наполовину вывалившемся из орбиты, - "Ты помнишь про свою ответственность?"
"Как же он может помнить? Это же кусок сущности... ошибка.. неудача... "
"Как же он может помнить? Это же кусок сущности... ошибка.. неудача... "
"Ты во всем виноват, мы все прокляты из-за тебя... но знаешь что? Мы благодарны тебе."
"Ты во всем виноват, мы все прокляты из-за тебя... но знаешь что? Мы благодарны тебе."
"Нам это нравится" - рассмеялась другая голова.
"Нам это нравится" - рассмеялась другая голова.
Самая нижняя издала странные звуки, вроде "Спасибо" и повернулась ко мне. Я увидел что на крюке она подвешена за язык.
Самая нижняя издала странные звуки, вроде "Спасибо" и повернулась ко мне. Я увидел что на крюке она подвешена за язык.


Не разбирая дороги я метнулся к выходу, споткнулся об лавку. Смеялись уже все головы подвешенные в главном зале таверны. Смеялись и благодарили. Дверь, через которуя я вошел, оказалась закрыта, но поддалась с двух ударов плечом. Вылетев из проклятого здания я упал в пыль к ногам какого-то здоровяка. Подняв голову чуть выше я увидел что кисти рук у него отсутсвуют. Вместо этого из обрубков на землю хлещет кровь. Посмотрев на лицо - я узнал местного кузнеца. Он счастливо улыбался и благодарил меня одними губами. Шипящий звук вырывался из его перерезанного горла.  Внезапно он замер и с восхищением посмотрел в сторону центра. От центра с высокой скоростью приближалась ядовито зеленая светящаяся стена, которую было видно даже сквозь туман. Не в силах оторваться я смотрел как она поглощает редкие силуэты жителей и поджигает некоторые дома. Головы в таверне затянули некое подобие молитвы. Кузнец вскинул обрубки. Легкие предметы стена подхватывала и швыряла прочь. Я успел спрятаться за каменный заборчик таверны за секунду до того, как стена достигла моего местоположения. Голова кузнеца попросту взорвалась. Таверна вспыхнула и в одно мгновение уже была обьята пламенем. Головы внутри восторженно заорали.
Не разбирая дороги я метнулся к выходу, споткнулся об лавку. Смеялись уже все головы подвешенные в главном зале таверны. Смеялись и благодарили. Дверь, через которую я вошел, оказалась закрыта, но поддалась с двух ударов плечом. Вылетев из проклятого здания я упал в пыль к ногам какого-то здоровяка. Подняв голову чуть выше я увидел что кисти рук у него отсутствуют. Вместо этого из обрубков на землю хлещет кровь. Посмотрев на лицо - я узнал местного кузнеца. Он счастливо улыбался и благодарил меня одними губами. Шипящий звук вырывался из его перерезанного горла.  Внезапно он замер и с восхищением посмотрел в сторону центра. От центра с высокой скоростью приближалась ядовито зеленая светящаяся стена, которую было видно даже сквозь туман. Не в силах оторваться я смотрел как она поглощает редкие силуэты жителей и поджигает некоторые дома. Головы в таверне затянули некое подобие молитвы. Кузнец вскинул обрубки. Легкие предметы стена подхватывала и швыряла прочь. Я успел спрятаться за каменный заборчик таверны за секунду до того, как стена достигла моего местоположения. Голова кузнеца попросту взорвалась. Таверна вспыхнула и в одно мгновение уже была объята пламенем. Головы внутри восторженно заорали.
 
Дойдя до границ города, зеленая стена резко вернулась назад очищая город от тумана и дыма. Стало видно дальше чем на 5 метров. Пошел легкий дождь.  
Дойдя до границ города, зеленая стена резко вернулась назад очищая город от тумана и дыма. Стало видно дальше чем на 5 метров. Пошел легкий дождь.  
Еле передвигая ноги я направился к городской ратуше. То тут то там хлопали ставни. На улицах было совершенно пустынно, временами попадались трупы или кто-то кого-то тащил в переулок. Я брел мало что замечая вокруг. Ну разве что только то, что городской фонтан расплескивал не воду, а кровь и в нем радостно плескались дети.  
Еле передвигая ноги я направился к городской ратуше. То тут то там хлопали ставни. На улицах было совершенно пустынно, временами попадались трупы или кто-то кого-то тащил в переулок. Я брел мало что замечая вокруг. Ну разве что только то, что городской фонтан расплескивал не воду, а кровь и в нем радостно плескались дети.  
Ратуша светилась изнутри ярким белым светом намекая на то, что стоит войти внутрь и она даст мне ответы на все вопросы. Так-же подойдя поближе я понял куда делись все люди. Справа и слева от входа было две громадные кучи тел. У входа стояли два сшитых из различных частей тел голема. Время от времени они убивали пытавшегося пробежать в ратушу безумного человека и скидывали его тело в общую кучу, либ отрывали что-то и прикрепляли к себе. Несколько секунд я созерцал подобную картину пока они не заметили меня. А заметив - дружелюбно распахнули ворота и поклонились. Из ратуши в глаза бил яркий белый свет. Общий сумрак города заставил мои глаза привыкнуть к несколько иной обстановке.
Ратуша светилась изнутри ярким белым светом намекая на то, что стоит войти внутрь и она даст мне ответы на все вопросы. Так-же подойдя поближе я понял куда делись все люди. Справа и слева от входа было две громадные кучи тел. У входа стояли два сшитых из различных частей тел голема. Время от времени они убивали пытавшегося пробежать в ратушу безумного человека и скидывали его тело в общую кучу, либ отрывали что-то и прикрепляли к себе. Несколько секунд я созерцал подобную картину пока они не заметили меня. А заметив - дружелюбно распахнули ворота и поклонились. Из ратуши в глаза бил яркий белый свет. Общий сумрак города заставил мои глаза привыкнуть к несколько иной обстановке.
А поднявшись по ступеням я увидел что ратуша внутри сделана полностью полой. Перегородки отсутствовали. То тут то там в нелепых позах валялись мертвые тела. Видимо к этим людям смерть пришла быстро, ещё до безумия. По центру сложенный из всей мебели и, частично, из трупов что здесь были полыхал гигантский костер. А над ним почти под самым потолком танцевал Он.  
А поднявшись по ступеням я увидел что ратуша внутри сделана полностью полой. Перегородки отсутствовали. То тут то там в нелепых позах валялись мертвые тела. Видимо к этим людям смерть пришла быстро, ещё до безумия. По центру сложенный из всей мебели и, частично, из трупов что здесь были полыхал гигантский костер. А над ним почти под самым потолком танцевал Он.  
Его белый безупречный костюм был немного заляпан кровью. На руках - белоснежные перчатки. Яркий свет исходил от всего его тела. В танце он вел какую-то женщину. Она смеялась и была явно счастлива. Каждый раз когда он поворачивался спиной было явственно видно два кровавых обрубка на его спине. Воротник, рубашка, галстук - везде имелись следы вытекающей из шеи крови.
Его белый безупречный костюм был немного заляпан кровью. На руках - белоснежные перчатки. Яркий свет исходил от всего его тела. В танце он вел какую-то женщину. Она смеялась и была явно счастлива. Каждый раз когда он поворачивался спиной было явственно видно два кровавых обрубка на его спине. Воротник, рубашка, галстук - везде имелись следы вытекающей из шеи крови.
Заметив меня он улыбнулся, выпустил партнершу из рук, в результате чего та с высоты порядка 20 метров упала спиной на длинную лавку, и спустился прямиком ко мне. Заглянул в глаза. И спросил "Ну как тебе моё... "Сделать чудо"?".
Заметив меня он улыбнулся, выпустил партнершу из рук, в результате чего та с высоты порядка 20 метров упала спиной на длинную лавку, и спустился прямиком ко мне. Заглянул в глаза. И спросил "Ну как тебе моё... "Сделать чудо"?".
==='''Серый'''===
Об меня явно точили когти. Не то, чтобы это было больно или раздражало. Это, скорее, будило. Разлепив глаза (а это стоило определенных трудов ибо они и правда слиплись) я осмотрелся. Находился я в узком переулке между домиками, стоящими вдоль главной дороги. Узком настолько что даже ноги нельзя было вытянуть. Сидел я на земле. Голова нещадно болела.  По главной улице ходили люди, о чем то переговаривались, заходили в лавки. Проехала телега и косматый извозчик орал "Дорожку! Дорожку!". Я потряс головой и несколько капелек крови капнули из носа на землю.
- Так орал, что даже воров распугал - проговорил голос рядом, как-то по особенному растягивая слова, - хотя я смотрю у тебя тут есть что взять.
Глянув в сторону, откуда доносился голос я увидел серого беспородного кота, мусорный бак и бутылку с недопитым крепким алкоголем. Похоже мою. Сказав коту "Брысь" я потянулся к бутылке. Под задницей звякнул мешок с трофеями. Попивая из горлышка и копаясь в мешке я понемногу удивлялся откуда у меня столь дорогие вещи.
- Брыськать подругам своим будешь, - проговорил кот и фыркнул, - Пойдем, умоешься для начала. Хлам свой продашь и дальше пойдем.
Кот демонстративно повернулся ко мне задом и направился в сторону главной улицы. Допив остатки алкоголя в бутылке я вытер рот и, не обращая но кровавый след на руке, выкинув бутылку двинулся за ним к городскому фонтану.
- И не помнишь ничего, - кот взирал как я поглощаю жаркое. Его тарелка была давно пуста, и теперь он неторопливо вылизывал остатки сметаны со дна небольшой мисочки время от времени щурясь на яркое солнышко бьющее прямо через занавески.
Я помотал головой. Помнил то я все, но выглядеть редкостным идиотом мне не хотелось даже перед котом. Впрочем его это особо не волновало. К тому же похоже он и так знал все. Вот только в силу того что он был кот - ему это знание мало что давало.
Денег с продажи трофеев мы выручили на пятизначную сумму и теперь рассуждали куда нам можно пойти. Мой, в очередной раз переродившийся, питомец сидел на улице и издавал звуки на прохожих, которым было сегодня на него глубоко наплевать. Небо имело приятный ярко-синий оттенок, а значит агрессивность монстров будет слегка понижена и это благоприятный знак для длительного перехода. Не наплевать было только коту на питомца. При каждому удобном случае он пытался его убить, особо не объясняя мне причин. Поэтому я держал их подальше друг от друга.
В таверну ввалились четверо вчерашних голов, но уже с телами, увидели меня, заржали и двинулись дальше.
- Я кумекая что идти надо через Годвилль, - размышлял Серый Кот повиливая хвостом, - сейчас из-за аномалий все на восток идут. А мы с тобой на запад махнем. Там как раз жирные расплодятся, а цены подскачут.
Я кивал и выскребал остатки еды из тарелки. Где-то в городе непрестанно била молния время от времени переменяющаяся восторженным возгласом толпы. На 10 раскатов грома один возглас. Кто-то набирал влияние. Я усмехнулся тому, что кто-то до сих пор считает что это что-то значит, отставил миску и махнул трактирщику чтобы нес ещё одну порцию. Тот, видя что перед ним обеспеченный клиент бросился выполнять. Кот томно вздохнул. Я махнул ещё раз и указал на опустевшую миску со сметаной.
Орфография может страдать. Мнение автора может не совпадать с мнением богов и демиургов. Перерожденный может лгать.
moder
20 727

правок